Воскресенье, 17 декабря 2017  RSS
Воскресенье, 17 декабря 2017  RSS
9:33, 03 августа 2012

Мария Сидельникова: «В Марселе не опаснее, чем в Париже и Лионе»


В Марселе из автомата Калашникова расстрелян молодой человек — с начала года он стал 18-ой жертвой разборок наркоторговцев в этом городе. СМИ бьют тревогу. Но социолог и директор информационного и исследовательского центра по социальным вопросам и преступности региона Прованс-Альпы-Лазурный Берег Лорен Мичьелли уверен, что в Марселе не опаснее, чем в других крупных городах. Об этом — в интервью «Голосу России»

— Как объяснить череду преступлений и есть ли между ними связь?

— Для Марселя это не новое явление. Последние несколько лет ежегодно открываются около тридцати уголовных дел, большинство из которых связаны с организованной преступностью. Это не считая преступников, действующих в одиночку. Марсель — один из городов Франции, где организованная преступность происходит из давних связей с итальянской и корсиканской мафиозными группировками, где все замешано на проституции, казино и игральных залах. И с другой стороны, в последние годы преступность все больше связана с наркотрафиком, что гораздо более существенный момент с точки зрения финансовой отдачи и учитывая нищету. Ведь Марсель — очень бедный город, и неблагополучные районы сконцентрированы в городской черте, а не в пригородах, как это свойственно, например, Лиону или Парижу. Кроме того, нельзя сказать, что происходящее в Марселе — только его исключительная характеристика. Преступления и убийства, сопоставимые с марсельскими, можно встретить и в парижских пригородах на севере, скажем, в Сен-Дени.

— Но почему тогда именно новости о Марселе выходят на первые полосы национальных газет во Франции? Марсель, наркотики и автоматы Калашникова — эта картинка давно прижилась и в иностранной прессе. С чем это связано?

— Для этого есть три причины. Прежде всего, эта картинка отражает реальность, это уже своего рода традиция: Марсель всегда был и остается бандитским городом. Но повторюсь, он не исключение. Свою роль играет и то, что журналисты любят преступления, происшествия, и как только появляется особенный повод, они начинают пристально и последовательно следить за ситуацией. Именно поэтому трагические события в Марселе часто выходят на первые полосы, тогда как местные происшествия, не менее важные с точки зрения информации, остаются без внимания журналистов. Плюс есть все необходимые ингредиенты настоящего преступления: далеко, на берегу моря, оружие, наркотики. Выходят десятки статей, я получаю десятки звонков от журналистов. Но на самом деле то же самое может происходить и в Сен-Дени. И наконец, третья причина заключается в том, что с прошлого года марсельские события все отчетливее стали приобретать политический оттенок. Безусловно, это связано со стартом президентской кампании, а обеспечение безопасности в Марселе стало одной из главных ее тем. Клод Геан, бывший при Николя Саркози министром внутренних дел, постоянно посещал Марсель, делал заявления. И мне кажется, именно все эти три момента и привели к созданию сегодняшнего образа Марселя.

Это проблема больше из области социологии медиа, нежели из преступной социологии. В Марселе проживают более 900 000 человек. Если предположить, что свидетелями преступления — непосредственными или просто что-то слышали — стали несколько сот человек, то это означает, что 99,9% местного населения узнает о произошедшем утром из газет, так же как это делают парижане или лионцы. Таким образом, преступления с первых полос газет никак не влияют на повседневную жизнь людей. Будни отравляют мелкие кражи, которые в Марселе стали привычным явлением, точно также как во всех крупных городах.

— Вы сказали, что проблема преступности существует уже не первый год. Обладают ли местные власти всеми необходимыми средствами, чтобы с ней справиться? Почему до сих пор этого не удалось сделать? Иногда складывается впечатление, что полиция побаивается вмешиваться в марсельские дела.

Как работать полиции и правосудию для того, чтобы пресекать наркотрафик – это уже абсолютно другой вопрос. Но основная проблема остается прежней: мы имеем дело не с маленькой группировкой, при котором можно поставить цель в течение шести месяцев задержать всех участников, ликвидировать наркотики и покончить с ними раз и навсегда. В Марселе ситуация гораздо сложнее: преступность становится ответом на то, что целые районы, семьи страдают от нищеты. И мы не можем просто так всех задержать и посадить в тюрьму. Этот вопрос глобальнее и решить его одними силами полицейских невозможно. В противном случае, происходит то, что мы видим сейчас: прокурор заставляет полицию действовать оперативнее, и операция превращается в небольшое шоу. Арестовывается первый попавшийся человек, через несколько месяцев на его место приходит другой — на более высокий уровень ситуация не выходит.

— В 2013 году по инициативе ЕС Марсель станет культурной столицей Европы. Как город с такой репутацией может принимать событие такого уровня?

— Мы опять же возвращаемся к разговору про медиатизацию и политизацию происходящего. Более того, тем более в иностранной прессе, есть немало дезинформации. Могу себе представить, что думает рядовой русский человек про Марсель: в городе режут-убивают на каждом шагу — ноги моей там не будет. Но это совсем не так: в Марселе не опаснее, чем в любом другом крупном городе Европы или мира.

Источник

comments powered by HyperComments

Об авторе: rumolorg


© 2017 Русь молодая — Молодежь Союза — Информационный портал
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru