Четверг, 23 ноября 2017  RSS
Четверг, 23 ноября 2017  RSS
14:00, 30 августа 2012

Раджаб Сафаров: «Что бы ни делал господин Асад, Запад это не будет устраивать»


«Сирия – единственная точка на карте мира, где явно присутствует вне России ее заметное влияние. Смена режима в Сирии – прекраснейшая возможность для Запада, вернуть влияние России в рамки своей территории», — сказал в интервью «Голосу России» гендиректор Центра изучения современного Ирана Раджаб Сафаров (ВИДЕО)

— Запад не оставит Сирию в покое, пока ситуация кардинальным образом не переломится. Сирия крайне важна в общей стратегии Запада по изменению ситуации на Ближнем и Среднем Востоке. В этой связи, что бы ни делал господин Асад, Запад это не будет устраивать.

Какие бы кардинальные или косметические реформы Асад не проводил, на какие уступки господин Асад не пошел бы, Западу в любом случае это не интересно. Интересна другая вещь – кардинально поменять политическую систему в Сирии, вывести людей, которые управляют государством Сирия, сирийским обществом, и поставить своих людей, которые никакого отношения, в первую очередь, не имеют к Ирану, и являются удобными в управлении. Иначе говоря, хотят посадить своих марионеток.

Сирия нужна Западу для того, чтобы ослабить таким образом позиции Ирана в этом регионе, для того чтобы спровоцировать Иран на какие-то активные действия, чтобы появился козырь для осуществления каких-то шагов по отношению к Ирану. На самом деле Сирия – это первая ступень на пути решения глобальной задачи по переформатированию этого важнейшего региона, в котором сосредоточены основные энергоресурсы мира, чтобы иметь доступ к этим энергоресурсам, чтобы иметь возможность контролировать развитие Китая.

На самом деле рано или поздно господин Асад уйдет, он просто вынужден будет уйти. Он может сопротивляться еще несколько месяцев, максимум год, но в любом случае у него нет никакой перспективы по той простой причине, что в его уходе заинтересованы очень многие государства мира, объективно заинтересованы, поскольку это затрагивает их жизненные интересы, в первую очередь энергетические.

Я полагаю, что осложнение ситуации в самой Сирии, нагнетание обстановки вокруг фигуры Асада идет целенаправленно, а параллельно решаются геополитические вопросы, которые являются важнейшими для западных государств. Уже и голос России не так активно слышен. Бесперспективность сопротивления, а значит, и политической системы Асада, чувствует и Иран, хотя Иран будет защищать эту страну, ее действующий строй до последнего.

Я полагаю, что исход данного конфликта далеко еще не решен, и ситуация может развиваться самым непредсказуемым образом. Есть вероятность, что Сирия распадется буквально на 3-4 мелких государства, которые будут воевать между собой. Не будет единого общенационального лидера, в этом лидере никто не заинтересован, так как его существование не дает обеспечить в стране хаос и сделать Сирию управляемой. А в состоянии хаоса складывается очень благодатная почва для того, чтобы сделать зависимыми от расположения США, Израиля и других те мелкие государства, которые могут образоваться. Вот такой исход интересен на Западе, и все усилия направлены на создание такой ситуации.

Полагаю, что происходящее сейчас в Сирии – это вполне прогнозируемая ситуация, и думаю, что в ближайшее время максимально будет активизировать свои действия Иран, а это может вывести конфликт в Сирии на новый качественный уровень.

Есть вероятность вовлечения в сирийский конфликт некоторых восточных исламских государств, тогда это уже будет напрямую затрагивать безопасность определенных интересов России, как экономических, так и политических. С приходом любого другого режима или падением режима Асада Россия окажется не в выигрышном положении. Очень легко можно сделать так, что России придется уйти из региона, а это как раз является одной из задач Запада, который хочет уменьшить влияние и возможности России на Ближнем Востоке.

Присутствие России в этом регионе является раздражителем для западных государств, поэтому смена режима в Сирии – прекраснейшая возможность для того, чтобы отодвинуть Россию к границам самой России, а Сирия – это единственная точка на карте мира, где явно присутствует вне России ее заметное влияние. Поэтому Запад хочет ликвидировать эту точку на карте мира и вернуть влияние России в рамки своих территорий.

Сирийская проблематика может кардинально изменить геополитическую картину мира. Неизвестно еще, как все это обернется для Ирана. В Иране прекрасно понимают, что самой передовой линией обороны этой страны является Сирия. Если падет режим Асада, то разрушится твердая связь Ирана с Палестинской автономией, «Хамасом», «Хезбаллой», невозможно будет Ирану активно взаимодействовать с Ливаном, серьезные преграды вырастут на пути набирающих темп ирано-египетских отношений, тем более что Мохаммед Мурси свои симпатии по отношению к Ирану достаточно откровенно демонстрирует.

Таким образом, многоходовая комбинация, предпринятая Западом, на самом деле затрагивает в первую очередь интересы Ирана, России и Китая. Но все же главная задача, которую решают западные государства – это иметь возможность получить механизмы влияния и давления на Китай, и полагаю, что они любым способом добьются этого. Ставки очень большие, и любые расходы на осуществление этого плана окупают себя с лихвой, поэтому всеми правдами и неправдами сирийская проблема будет с каждым днем усугубляться, пока или сам Асад не уйдет, или политический его режим не падет.

— Очень сложная ситуация сложилась с сирийскими беженцами, как в самой Сирии, так и в соседних государствах. К чему она может привести?

— Ситуация, связанная с сирийскими беженцами, на самом деле может серьезно повлиять на очень многие государства. В первую очередь она отразится на приграничных государствах. Есть серьезные опасения, что из-за беженцев ситуация в Турции может резко усугубиться. Ни одна страна, ни ООН, ни многочисленные современные фонды не способны каким-то образом остановить этот процесс, и, тем более, как-то уменьшить негативные влияния фактора беженцев из Сирии. Поскольку ситуация в Сирии будет затрагивать интересы очень многих граждан разных этнических групп и конфессий, то совершенно очевидно, что они, как беженцы, будут выбирать разные страны, исходя из своих этнических принадлежностей и симпатий, что вызовет волнения во многих государствах.

Очевидно, что серьёзным вопросом может стать курдская проблема, и эта проблема будет очень сильно активизирована. Думаю, что значительная часть курдского населения Сирии может примкнуть к своим этническим собратьям в других странах, таких как Иран, Турция, Ирак и т.д. По большому счету гуманитарная сторона этой трагедии не менее катастрофична для многих государств, чем сами последствия политических изменений, которые произойдут в Сирии, то есть проблема достаточно глобальная.

Сирия – это ни какое-нибудь маленькое государство, изолированное от интеграционных процессов мира, на самом деле здесь разрешается битва, исход которой определит, или Запад здесь будет иметь решающее влияние и перспективы на многие десятилетия, или здесь будет ломаться хребет Запада, что даст широкую дорогу общим возможностям и потенциалу Китая, России и Ирана.

Здесь, по большому счету, стоит вопрос: «Кто кого?», и гуманитарные аспекты совершенно никого не волнуют, а они достаточно трагичны, поскольку будут затрагивать стабильность многих государств, и ни одна международная структура не способна будет хотя бы каким-то образом эффективно бороться с этой проблемой.

— Как бы Вы оценили личность нового спецпосланника ООН в Сирии Лахдара Брахими?

— Новый спецпосланник ООН по Сирии – это чисто декоративная фигура, не пользующаяся авторитетом ни среди сирийского народа, ни у сирийского государства, ни в странах исламского мира, поскольку он не имеет авторитета в реальной политике. За этим человеком практически не числится никакой более-менее серьезной политической активности. Я полагаю что, чтобы не было вакуума, чтобы продемонстрировать какую-то активность или видимость реакции со стороны, ООН прибегла вот к такому решению – назначить кого-то спецпосланником, чтобы сделать вид, что ООН занимается вопросами, связанными с ситуацией в Сирии.

Мы знаем, что самым эффективным вариантом для решения сирийского вопроса была миссия Кофи Аннана. Миссия была с треском провалена, поскольку в ее положительном исходе не были в первую очередь заинтересованы западные государства, и они всячески мешали проведению в жизнь идей и соображений, которые могли бы каким-то образом выправить положение в Сирии.

Я полагаю, что назначение данного спецпосланника – это профанация и попытка ввести мировое сообщество и общественность в заблуждение. Какие-то телодвижения, конечно, новый спецпосланник будет делать, но, не обладая надежным авторитетом на мировом уровне, не обладая практически никакими функциональными возможностями, он не способен будет хоть каким-то образом повлиять на ситуацию в Сирии, что крайне выгодно западным государствам. Именно такой ситуации Запад и добивается, поскольку если будет контроль над ситуацией в Сирии, то западным государствам сложно будет реально помогать сирийской оппозиции. А помощь в виде инструкторов, финансов, оборудования, техники, оружия оказывается оппозиции всеми силами и практически круглосуточно. Оказывают такую помощь практически все государства запада и многие арабские государства.

— Есть инициатива включить в комиссию ООН по расследованию нарушений прав человека в Сирии Карлу дель Понте. Как Вы относитесь к такому предложению?

— Я думаю, что это очень циничное решение, поскольку мы знаем позицию этого человека по многим другим вопросам. Ее позиция достаточно предвзятая по отношению к России, и это фактически решает очень многие вопросы не в позитивном плане для России. Я полагаю, что это является даже неким вызовом по отношению к интересам России.

Сама постановка вопроса, суть этой идеи цинична, и является ярким выражением применения двойных стандартов. Если бы кого-то на Западе на самом деле волновала ситуация с правами человека, с демократизацией, со свободой слова в Сирии, то основным местом для решения этих вопросов могли бы стать страны Ближнего и Среднего Востока, особенно монархии стран Персидского залива.

Но у Запада никакого интереса к ситуации, связанной с этими аспектами, в этих странах нет, это лишь повод для того, чтобы оказать давление на руководство России, возможность максимально демонизировать ситуацию в самой России, российское правительство, российскую политическую систему, что крайне выгодно.

Назначение таких одиозных личностей в комиссию по расследованию нарушений прав человека в Сирии, на самом деле, ничего хорошего не предвещает для России. Это будут ангажированные решения, это приведет к тому, что ситуация с правами человека в России будет достаточно активно обсуждаться на разных международных площадках, таков очередной возможный механизм давления на Россию.

— Президент Египта Мохаммед Мурси призвал Асада покинуть свой пост и устранить режим, убивающий свой народ. Как Вы расцениваете такое заявление?

— По большому счету, резких движений Мурси не может сделать, хотя он является представителем «Братьев-мусульман», но, как президент, он должен веси себя особенным образом и играть по правилам. На протяжении 30-ти лет руководства Хосни Мубарака Египет был вовлечен во множество интеграционных процессов со стороны Запада. Практически Египет контролировался западными государствами, были созданы военные структуры, которые играли ведущую роль в управлении государством.

В одночасье господин Мурси не может обрывать все эти связи, поскольку это затрагивает интересы общества в целом, поэтому он сейчас лавирует между разными политическими течениями, и достаточно успешно. Он отстранил уже военных от реального участия в управлении государством и стал единоличным лидером на какое-то время, хотя его лидерство с каждым днем все сильнее ставится под сомнение. В обществе нарастает недоверие, озабоченность и негатив по отношению к Мурси, поскольку он уже не успевает делать то, что обещал.

Реальных дел не так уж и много, практически можно сказать, что ничего и нет, но для того, чтобы он удержался у власти, требуется поддержка США, Израиля и многих других государств. Если Мурси ожидает поддержки для того, чтобы сохранить свою власть и каким-то образом постепенно реализовывать свою политику, то он должен вести стратегию по взаимодействию с этими государствами.

Я полагаю, что заявления такого рода, касающиеся Сирии, – это демонстрация того, что Мурси адекватно воспринимает участие Запада и Израиля в египетской ситуации, и дает определенные сигналы Тегерану о том, что в египетско-иранских отношениях может наступить новая веха.

— Стоит ли ожидать конструктивности от встречи Лаврова и Клинтон на саммите АТЭС во Владивостоке?

— По крайней мере, в вопросе, касающемся Сирии, нет, так как сирийский вопрос не подлежит уже кардинальному изменению. Сирийский вопрос – это вопрос жизни и смерти для Запада. Запад фактически переходит к новому формату управления миром, во главе с США, и отнюдь не заинтересован, чтобы какие-либо государства типа России и Китая, тем более Ирана, могли помешать этому процессу, тем более что в основном концепция западной политики направлена против этих государств.

В этой связи во Владивостоке Лавров и Клинтон могут обсуждать какие угодно вопросы, но они будут лишь формальным обсуждением двух лидеров, глав внешнеполитических ведомств России и США, но никакой конкретики, и тем более никакого прорывного результата, ожидать не приходится. Америка находится на пороге новых выборов, а, как правило, практика показывает, что за полгода до выборов ни одно решение, связанное с понижением авторитета государства или усилением взаимодействия по спорным вопросам с другими сторонами не принимаются.

Все абсолютно уверены, что даже если какое-либо решение будет принято, то следующая администрация может его и проигнорировать. А если действующая администрация каким-то образом пойдет навстречу «врагам» и подпишет какие-нибудь серьезные документы, то это может повлиять на ход борьбы и ход выборов. Никто в Америке во взаимоотношениях с Россией каких-либо резких движений накануне выборов или в год выборов делать не будет, а уж тем более принимать двухсторонние решения.

— Есть информация, что Сергея Лаврова не будет на встрече Совета Безопасности ООН В Нью-Йорке, посвященной проблемам Сирии. Вы можете подтвердить эту информацию?

— Скорее всего, Лавров будет отсутствовать на заседании Совета Безопасности, так как большого смысла в этой встрече нет, а, следовательно, и в его участии. Лавров, как умный политик, совершенно четко понимает, что ситуация, связанная с Сирией, достаточно ясна, и о чем бы ни говорили в Нью-Йорке, эта ситуация не изменится. Конечно, было бы более правильно, если бы он поехал и сделал резкие заявления, четко выразив позицию России по сирийскому вопросу. Однако Россию связывает огромный пласт интересов со странами запада, в первую очередь с США, и таких резких движений, которые могут поставить под вопрос весь комплекс российско-американских отношений, конечно, он себе позволить не может.

Миссию России на Совете Безопасности ООН достаточно эффективно может выполнить спецпредставитель России в ООН господин Чуркин. Позиция России по сирийскому вопросу ясна. Все другие идеи, которые будут обсуждаться в рамках Совета Безопасности по Сирии совершенно прогнозируемые.

Я полагаю, что в данном случае специальное заседание Совета Безопасности по Сирии – это очередной фарс, это демонстрация того, что сирийским вопросом Совет Безопасности ООН занимается, ищет какие-то пути выхода из положения.

Все знают, что никто на Западе, ни арабские государства, к сожалению, которые пляшут под дудку США, ни западные государства, крайне не заинтересованы в нахождении пути выхода из сложившейся тяжелой ситуации в Сирии. Ситуация до предела ясна, поэтому и участие господина Лаврова, и не участие, в любом случае, будет выгодно для России.

 

comments powered by HyperComments

Об авторе: rumolorg


© 2017 Русь молодая — Молодежь Союза — Информационный портал
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru