Четверг, 19 июля 2018  RSS
Четверг, 19 июля 2018  RSS
Русский язык в Белоруссии: выступление на вечере посвященном Дню родного языка 21 февраля 2012 г. в г. Минске
17:41, 22 февраля 2012

Русский язык в Белоруссии: выступление на вечере посвященном Дню родного языка 21 февраля 2012 г. в г. Минске


В отличие от большинства бывших советских республик, на территории которых русский  язык  начал распространяться по мере  их включения  в состав Российского государства, на землях нынешней Белоруссии  по-русски говорят не просто с давних пор, а со времен расселения на ней русских (восточнославянских) племен кривичей, дреговичей и радимичей. На рубеже XIX-XX веков выдающийся русский ученый-славист Е.Ф. Карский, рассматривая в своем фундаментальном труде «Белорусы» национально-культурную принадлежность этих «народностей», определенно писал, что «язык их чисто русский, быт и поэзия тоже» (Е.Ф. Карский. «Белорусы», т.1 – Минск, «БелЭн», 2006). Что касается литературной формы русского языка, то она начала развиваться  на западнорусских землях с появлением на Руси в X-XI столетиях церковной литературы на церковнославянском языке. В то же время в отличие от произведений церковных  писателей государственные акты и деловая переписка велись на характерном для того времени русском языке.

После включения  западнорусских земель в состав Великлого княжества Литовского и Русского (ВКЛР) русский язык (в западнорусском варианте) был официальным и письменно-литературным языком ВКЛР (XIV в.–1696 г.) и русских земель  Речи Посполитой (1569–1696 г.г.), что было юридически закреплено  в третьем Статуте Литовско-Русского государства от 1588 года (разд. IV, арт. I): «А писаръ земъский маеть по-руску литерами и словы рускими вси листы, выписы и позвы писати, а не иншимъ езыкомъ и словы». На западнорусском языке была создана обширная православная и светская литература, являщаяся  неотъемлемой частью общерусской культуры.

Положение русского языка и в целом русской культуры на Западной Руси резко ухудшилось после заключения в 1569 году Люблинской унии и образования Речи Посполитой. В результате этого ВКЛР не только утратило южнорусские земли (совр. Украина), переданные непосредственно под власть  Короны  Польской, но и оказалось  под нарастающим польско-католическим религиозно-культурным господством, в насаждении которого особенно усердствовали поддерживаемые королями Речи Посполитой иезуиты.

Формально ВКЛР сохраняло свое законодательство, органы власти и войско. На деле же литовско-русская знать утратила свое политическое верховенство в собственно Литве и на Западной Руси, т.к. согласно Люблинской унии был упразднен сейм Великого княжества, а общем сейме Речи Посполитой большинство мест было за поляками. ВКЛР попало в полную зависимость от Короны Польской, в интересах которой и строилась вся внутренняя политика Речи Посполитой, направленная на насаждение «польщизны» и католицизма на подвластных ей русских землях. В итоге большинство западнорусской знати приняло католичество и перешло на польский язык, с последующей утратой русского самосознания.

Одновременно на русских землях  Речи Посполитой происходило вытеснение русского языка  из официального государственного оборота и судебно-административной практики. Процесс дерусификации Великого княжества Литовского и Русского продолжался более сотни лет и завершился полным запретом  официального использования русского языка в государственной жизни Речи Посполитой.

В 1696 году сейм Речи Посполитой принял соответствующее запрещающее решение: «pisarz powinien po polsku, a nie po rusku pisac» («писарь должен по-польски, а не по-русски писать»).

Таким образом, в конце XVII столетия Литовско-Русское государство окончательно утратило свою русскую составляющую и  превратилось  в чуждое  западнорусскому народу польско-католическое Великое княжество Литовское, ставшее, по сути, провинцией польского королевства. Так завершился первый семисотлетний этап (X –XVII в.в.) бытования русского языка на землях Западной Руси (совр. Белоруссия) в официально-государственном статусе.

При этом следует обратить внимание на то, что в СССР, исходя из догмата «ленинской национальной политики» об отдельности белорусов от русского народа, советской историографией для обозначения русского языка Великого княжества Литовского и Русского был введен такой «политически правильный»  лингвистический новодел  как «старобелорусский» язык (понятие западнорусский язык было объявлено «великодержавно-черносотенным и запрещено). Хотя никакой прямой связи между официальным языком Великого княжества Литовского и Русского  и современной белорусской «мовой» не существует. А вот то, что западнорусский язык есть старинная форма современного русского языка видно любому человеку умеющему читать по-русски.

Вот отрывок из  западнорусской Борколабовской летописи (конец XVI-нач. XVII в.в.),  рассказывающий о природных бедствиях обрушившихся  на Белую Русь. Язык хроники говорит сам за себя:

«…Того же року 1601 месяца октобра 10 дня целую неделю снег силный и кгвалтовный шол, выпал до полголени; также и буря силная была. Тогды пшеницы, ярицы, овес, гречиху, горохи и вси овощы, великое множество ярицы на полях непожатые, а также копы жатые снегом позаметала метелица, иж было жалостно и страшно гледети. А так лежал тот снег две недели аж до Дмитровы суботы; якож з великих морозов Днепр был замерз, и ездили на нем, яко серед зимы. …А тот гнев божий был и непогода, почавши от Менска до Полотска к Витебску, до Орши, до Мстиславля, до Пропойска, до Рогачева, Могилева, Любошаны» (цитируется по «Память: ист.-документальная хроника Речицкого р-на в 2 кн.», Минск: Беларусь,1998).

А вот что писал о тех  временах известный исследователь белорусской старины историк, краевед и этнограф М.О. Без-Корнилович:

«Русский язык и Православная вера были господствующими в Белоруссии по ее завоевании литовцами, и по соединении Литвы с Польшей; с введением в Белоруссии Уни, многие дворяне из православных сделались униатами, но простой народ противоборствовал изменению прародительской веры. Что касается до языка, тому лучшим свидетелем служит челобитная Брацлавских дворян к польскому королю Стефану Баторию, поданная ему 7 июля 1576 года, где основываясь на правах, они просили: чтобы присылаемые к ним королевские указы были писаны по-русски, а не на польском языке» (цитируется по Без-Корнилович  М.О. «Исторические сведения о примечательнейших местах в Белоруссии», Минск: Алфавит, 1995).

Так что  исторические факты неопровержимо свидетельствуют, что русский язык не только был распространен, но и имел официально деловой статус  на территории современной Белоруссии задолго до вхождения  современных белорусских земель в состав Российской империи. В связи с чем утверждение, распространенное среди части белорусских научных и политических кругов о том, что русский язык  был якобы привнесен в Белоруссию Россией или даже  СССР  не имеет под собой какого-либо  основания  и является антиисторической спекуляцией.

Важно заметить, что после запрета русского языка в Речи Посполитой последующие действия правящего класса польско-литовского королевства были направлены на дальнейшее ущемление прав т.н. диссидентов (православных и протестантов) и окончательное ополячивание подвластного русского (восточнославянского) населения.

Юридически полная   унификация на польский манер была закреплена в «Правительственном законе» (Ustawa Rządowa z dnia 3 maja) или как его называют конституции Речи Посполитой Польской от 3 мая 1791 года., в котором это государство было объявлено исключительно польским и католическим. И если до 1791 года понятие Русь хотя бы формально, но все же значилось в территориально-политическом пространстве Речи Посполитой, то упомянутый «Правительственный закон»  вообще не предусматривал его существования. От полного  ополячивания белорусские  земли были спасены крахом Речи Посполитой и возвратом их в лоно русской государственности.

Однако и после вхождения западнорусских земель в состав Российского государства Белорусский край продолжал оставаться под польским национально-культурным господством.  Сложившееся  положение было следствием как столетнего запрета (весь XVIII век) русского языка на территории нынешней Белоруссии (со всеми вытекающими отсюда этно-культурными последствиями), так и непониманием значительной частью тогдашнего российского общества того, что Белоруссия является старинным русским краем.

Вот что писал по этому поводу Е.Ф. Карский: «С 1863 года изучение Белоруссии становится особенно интенсивным и производительным. Причиной этого было польское восстание, избравшее для себя ареной между прочим и Западный край. И западная дипломатия, хотевшая было вмешаться в славянское семейное дело, и русские правящие сферы, и русское общество, и даже многие представители интеллигенции Западного края, сбитые с толку этнографическими изысканиями некоторых польских ученых и тех русских этнографов, которые повторяли их, неясно представляли себе этнографический состав края. Пришлось доказывать, что Западный край есть русский по громадному большинству населения и вместе с тем православный» (Е.Ф. Карский, «Белорусы», т.1. стр.202 – Минск, БелЭн, 2006).

Только после польского восстания 1831 года в Западном крае начали предприниматься меры направленные на ослабление польского национально-культурного доминирования на белорусских землях. В этом отношении решающее значение имел возврат в 1839 году западнорусских униатов в лоно Русской православной церкви.  Всего тогда с православием воссоединилось свыше 1600 приходов с более чем 1 млн 600 тыс. верующих.

Однако в городах, где  в то время доминировали поляки,  мало что изменилось:  чиновники всех уровней в большинстве своем были поляками, школы находились в руках католического духовенства, даже вывески в городах были на польском языке, а в присутственных местах говорилось по-польски. При этом со стороны католического костела и польской шляхты велась активная антирусская пропаганда в пользу восстановления Речи Посполитой  в границах 1772 года. Проблема усугублялась тем, что у западнорусского (белорусского) населения  практически полностью отсутствовал образованный слой.

Положение начало серьезно изменяться только после польского восстания 1863 года, благодаря неутомимой деятельности генерал-губернатора Северо-Западного края (Белоруссия и Литва) Михаила Николаевича Муравьева. Он проделал огромную и успешную работу, направленную на пробуждение национального самосознания  у белорусских крестьян и мещан, на преобразование системы образования на православно-русских началах и ее распространение на самые широкие слои народа, уделяя особое внимание просвещению крестьян.

В частности, была создана широкая сеть народных училищ, издавалось и по минимальным ценам распространялось большое количество просветительской литературы на русском языке и белорусском наречии. Благодаря  попечению графа Муравьева Белоруссия всего за несколько лет  избавилась от польского национально-культурного господства и восстановила черты самобытного русского края.

Уже в советское время имя  графа М.Н. Муравьева было оболгано, а его колоссальные заслуги  перед Белоруссией и белорусским народом были грубо оклеветаны. Современному российскому и белорусскому обществу еще  предстоит узнать правду о его благородной и плодотворной деятельности  на благо Отечества.

В советское время  в эпоху т.н. «белорусизации»(20-е годы XX в.)  русский язык был объявлен для белорусов наследием «проклятого царизма», а затем – всего лишь «языком межнационального общения».

В течение всего советского периода партийной пропагандой постоянно подчеркивалась  первостепенность  языка «титульной нации», который был «священной коровой» для «национальной по форме и социалистической по содержанию» белорусской советской культуры. Русскому же языку была отведена роль  языка народного хозяйства и естественных наук. Правда, во времена периодически проводившихся кампаний по белорусизации неоднократно предпринимались попытки перевести на «национальную мову» деятельность и этих сфер, но вследствие своей полной абсурдности эти затеи неизменно заканчивались провалом.

В гуманитарной же области доминирование «мовы» обеспечивалось строгим контролем  партийных органов за осуществлением в БССР «ленинской национальной политики», которая предполагала и непримиримую борьбу  с «проявления великодержавного шовинизма».

И именно в советское время (как это ни покажется странным на первый взгляд) был выпестован русофобствующий слой творческой интеллигенции, которому  в 1990 году удалось толкнуть  деморализованный горбачевской перестройкой, в большинстве своем еще коммунистический Верховный Совет Белоруссии к приданию государственного статуса только одному белорусскому языку, что было закреплено в конституции Республики Беларусь  1994 года.

Тогда же  была принята рассчитанная на десять лет государственная программа по вытеснению русского языка не только из системы государственной власти и сферы образования, но и различных областей общественной жизни.

Фактически в 1990 году Верховный Совет РБ сделал в отношении русского языка то же, что и сейм Речи Посполитой в 1696 году – создал юридическую базу для лишения белорусского (западнорусского) народа его исконного права говорить, думать и получать образование на русском языке.

Причем в начале 90-х годов XX столетия вопрос стоял не только о вытеснении русского языка, а о тотальной (по словам тогдашнего главы Республики Беларусь Станислава Шушкевича) дерусификации белорусов, т.е. о радикальном искажении их национального самосознания.  Причем упор  в этом сомнительном деле делался на всестороннюю фальсификацию исторического и, в целом, гуманитарного образования. Так, в  учебниках истории было полностью исключено использование таких понятий как Русь и Русская земля относительно территории современной Белоруссии. Киевская Русь и Россия стали представляться враждебными и агрессивными государствами в отношении «древнебелорусских княжеств», ВКЛ и Речи Посполитой. Последние  же  вопреки историческим реалиям стали именоваться государствами белорусов.

К примеру, знаменитое междуусобное столкновение русских князей 1067 года, вошедшее в историю как «битва на Немиге», стало преподноситься как борьба «суверенного полоцкого княжества с великодержавной экспансией имперского  Киева».

Развал СССР и политика дерусификации, проводимая в новоявленной Республике Беларусь, неизменно порождали и порождают широкие протестные настроения в белорусском обществе, опираясь на которые первым президентом РБ стал депутат Верховного Совета РБ Александр Лукашенко. При этом центральными положениями предвыборной программы Лукашенко  были установление государственного двуязычия и Союз с Российской Федерацией.

В мае 1995 года был проведен республиканский референдум по этим и другим вопросам, в котором  приняло участие 64,8 процентов белорусских граждан. За введение русского языка в качестве второго государственного проголосовало 83,3 процента избирателей, принявших участие в референдуме, и, таким образом, русскому языку был предоставлен равный статус с белорусским языком. Окончательно статус государственного русский язык получил в ходе конституционного референдума в ноябре 1996 года, что закреплено соответствующим законодательством.

Согласно статье 17 действующей Конституции Белоруссии «государственными языками в Республике Беларусь являются белорусский и русский языки». Соответствующие изменения были  внесены и в действовавший с января 1990 года антирусский закон «О языках в Республике Беларусь». В редакции данного закона от 13 июля 1998 года определена область применения двух государственных языков. Так, на белорусском и (или) русском языке работают, принимают и публикуют свои акты органы государственной власти и местного самоуправления, ведется делопроизводство, техническая  и проектная документация.

В соответствии с действующим  законом «О языках в Республике Беларусь» (статья 21)  «Республика Беларусь  гарантирует  каждому  жителю  неотъемлемое право  на  воспитание  и  получение  образования  на белорусском или русском  языке». А  закон «Об образовании» (статья 5) «гарантирует гражданам право выбора языка обучения и воспитания и создает соответствующие условия для реализации этого права».

В то же время Республика Беларусь  как государство отдает определенное предпочтение образованию на белорусском языке. Так,  в уже упомянутой статье закона «Об образовании» сказано, что «обучению на белорусском языке, изданию литературы, учебников и учебных пособий на белорусском языке оказывается государственная поддержка».

После введения в Белоруссии государственного двуязычия выбор основного языка обучения (оба государственных языка обязательны для изучения) стал определяться желанием родителей (в случае дошкольного воспитания или школьного обучения) или самими учащимися или студентами. И естественно, что в случае свободного выбора предпочтение отдается русскому языку.

Так, в 2010/11 учебном году на русском языке (основной язык) обучалось 80,9 процентов учащихся школ, на белорусском соответственно 19. В Минске же цифры получающих среднее  образование  на русском языке близки к абсолютным – 97,9 процентов.

При этом постоянно растет количество белорусов по национальности, определяющих русский язык в качестве родного. И это вопреки сформированной в советское время традиции, в соответствии с которой белорус должен указывать в качестве родного  языка белорусскую «мову» даже если он на ней никогда не разговаривал и, главное, не думал.

Если в 1959 году только 6,8 процентов белорусов назвали родным языком русский, в 1970 году — 9,8, в 1979 году — 16, то в 1989 — 19,7 процентов. В 1999 году вследствие суверенизации Республики Беларусь и благодаря навязчивой пропаганде об «отдельности» белорусов от русских количество лиц белорусской национальности, назвавших родным русский язык уменьшилось и составило 14,3 процента, но вот согласно переписи 2009 года число таковых уже возросло до 36,9 процента.

В целом же за период с 1999 по 2009 год значительно увеличилось общее количество жителей Белоруссии, определивших русский язык в качестве родного. Если в  1999 году таковых было 24,1 процента, то согласно данным переписи 2009 года уже 42 процента населения Республики Беларусь назвали русский родным языком. При этом великороссы (русские по официальному опроснику) составляют из них чуть больше пятой части, остальные за незначительным исключением являются белорусами по национальности.

Еще более впечатляют цифры связанные с «языком, на котором разговаривают дома». Так, в 1999 году на русском языке в обиходе общалось 62,8 процента общей численности населения республики. Среди белорусов удельный вес русскоговорящих составлял 58, 6 процентов. В 2009 году по-русски в быту разговаривало 62,1 процент от общего числа населения, среди белорусов же доля говорящих в обиходе на русском языке возросла до 69,7 процентов.

Таким образом, в Белоруссии в значительном большинстве своем население постоянно говорит на русском языке (в действительности по-русски говорят практически все жители республики), хотя официальная пропаганда, продолжая линию «ленинской национальной политики» постоянно внушает белорусским гражданам, что родной для них является исключительно белорусская «мова».

В то же время подобные утверждения в корне противоречат существующей действительности. Подавляющее большинство жителей Белоруссии с рождения находятся в русской языковой среде.  Это относится как к горожанам, так и к жителям сельской местности. Причем до недавнего времени селяне в большинстве своем разговаривали на наречии, которое с советских времен «свядомые» интеллигенты называют т.н. «трасянкой», т.е. неправильной белорусской «мовой».

На самом же деле речь белорусского села была ничем иным как белорусским наречием русского языка, которое еще в первой четверти XXстолетия академик Е.Ф. Карский определил как «самое  важное местное видоизменение русского народного языка».

Поэтому имеющий место в настоящее время переход сельского населения Белоруссии в условиях информационного общества с наречия на основную форму русского языка  вполне закономерен и остановить его какими-то административными мерами вряд ли представляется возможным.

В настоящее время большинство школ с белорусским языком обучения находится в сельской местности или небольших городах. При этом даже в деревнях «мова» звучит только во время уроков, на переменах же и вне школы учащиеся и учителя говорят по-русски. И это неудивительно, ведь Белоруссия – старинный русский край и пришло время об этом говорить в полный голос.

Автор: Николай Сергеев

comments powered by HyperComments

Об авторе:


© 2018 Русь молодая — Молодежь Союза — Информационный портал
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru