Вдохновленный пейзажами военной Беларуси: художник Николай Жуков (часть 2)

9bd1554f9423 июня 1944 года

С утра моросил дождь. В девять часов началась артканонада. Работала артиллерия всех калибров, недалеко от нас грохотали «катюши». На каждый действующий танк в нашей бригаде било восемь орудий, кругом творилось черт знает что! Казалось, что в расположении противника должен быть край света. Канонада продолжалась до 12 часов.

К полудню погода прояснилась и в небе показалась наша авиация. Штурмовики, бомбовозы, истребители шли непрерывным потоком. В обед узнали, что два ряда траншей и одна важная высота заняты нашими войсками. Наша бригада полностью выполнила свою задачу. В бригаде был подбит один танк, убит один радист и три танкиста ранены. Рисовал много и с  подъемом. С горючим скандал. Приходится «зарабатывать» портретами. Сегодня, таким образом, получили бочку бензина. Наладили отношения с поваром тем же путем. Делаем запас продуктов, так как ждем наших ребят, надо их кормить, а кухня и продовольственный пункт с часу на час уезжают вперед. Привели двух пленных – один длинная жердь, сутулый, без шеи, другой неприметный. Вспомнил 41-й год – да, время изменило обстановку. Стало холоднее, спали все в машине: друг от друга теплее. Сопротивление немцев упорное, но взрывы продвинулись дальше.

 

24-25 июня 1944 года

Бой артиллерии слабо слышен, только с правого фланга. Тылы передвигаются на новые места. От наших нет никаких сведений. Работали сегодня «над остатками». Общими результатами я пока не доволен, хотя за итог спокоен.

…После завтрака я уехал на передовую в редакцию. В управлении фронта взял карты, узнал о движении и последних событиях. Договорились с начальством о сборе всех товарищей на третий день после взятия Могилева. В редакции нас приняли хорошо – дают информацию, наши работы посылают в ТАСС и центральные газеты. Меня беспокоят мысли, как работают в бригадах, много ли сделали, хватит ли материала. В редакции ели яичницу из пятнадцати яиц. Чудесное зрелище – на одной сковороде пятнадцать желтых заклепок.

gev-thlhaow

Приехали поздно. Выросло еще две могилы – напротив нас госпиталь. Спать залез в машину, в самую гущу товарищеских теплых тел, сразу настало успокоение и ушло ощущение беспокойства. На сердце стало тепло. Завтра утром едем вперед.

 

29 июня 1944 года

С утра все вместе поехали к Днепру. Остановились на левом берегу на склоне у опушки крепчайшего дубового леса. Часть наших уехала работать в Могилев, а мы, оставшиеся, рисовали, обдумывали, купались.

Наши части двигаются с удивительной быстротой. На Днепре быстро строят переправы.

 

30 июня 1944 года

В 9.30 приехали в Могилев. В пригороде, где были особенно сильные боли, зрелище ужасное. Попадаются места свалки до полусотни убитых и сгоревших людей, тут же повозки, зарядные ящики, орудия, трупы, – все это уже начинает разлагаться, тлеют и чадят догорающие дома, запах в городе нестерпимый. Потрясающая картина возвращенцев – ничего равного по величине я не видел. Работали сегодня очень много. Кое-что есть хорошее. Обедали сегодня впервые за 15 дней за столом и из тарелок. И спать будем по-домашнему, на кровати. Вечером все сели писать письма.

Город сильно разрушен. На одной из площадей видел разбитый фонтан, вокруг которого взявшись за руки, бегают дети, сделанные из камня. В результате боев у одного отлетела голова, другой как бы скачет на одной ноге, третий протянул обрубки рук и не достает до протянутой руки товарища, а все они раньше играли и скакали.

И все эти остатки фонтана на фоне дымящихся кварталов и руин города.

Население встречает Красную Армию весьма приветливо. Улицы заминированы, ходить приходится осторожно. В городе немецкие цены: 80 рублей литр молока. Поздно вечером при свете копчушки пели русские песни. Мысли окутаны воспоминаниями. Всю ночь за окном грохотали идущие по мостовой непрерывным потоком тяжелые орудия – все движется на Минск, все против немца!

 

1 июля 1944 года

Сегодня с утра выехали на Минское шоссе, километров за 10 от Могилева. Там произошло особенно тяжелое побоище. То, что мы увидели, превзошло всякие ожидания. Сотни машин, автобусов, легковых, штабных, комбинированных, бронемашин, орудий, повозок, ящиков со снарядами, танков «тигров», аптек, кухонь и разного, разного немецкого вооружения разбросаны на несколько десятков километров. От трупного запаха все время сплевываешь. Работали с утра до вечера – сделал 14 рисунков, из них 5 приличных. Вся эта уничтоженная техника – результат работы нашей 23-й танковой бригады. Прекрасная работа. Приехали поздно вечером, устроили отчеты за день, обменивались мнениями. Я рассортировал свои рисунки на четыре группы по признакам качества, всего на сегодняшний день 66 рисунков. Начали работать 20 июня.

 

2 июня 1944 года

Наши части находятся недалеко от Минска. Самолеты возвращаются с запасом бомб, так как боевых порядков нет в немецкой армии – немцы прячутся по лесам. Привезли немецкое объявление: кто сдал 120 литров молока, тот может купить, окромя соли, одну кастрюлю за 64 рубля 50 копеек. – Хороши порядки.

 

5 июля 1944 года

С подъема занялись уборкой – грязи было невообразимо много.

Вещам так тесно, что, пока не достанем ящики, порядка не будет. Выехали в 8 часов – на шоссе ни души. По обе стороны глубокий лес, местами вырубленный метров на сто.

На расстоянии каждого километра выстроены крепости из сосновых бревен в 10 накатов. Выглядит это как давным-давно забытая старина. Телеграфные столбы густо обмотаны колючей проволокой. Все эти предохранения сделаны немцами из-за развитого в этом крае партизанского движения. Перед Бобруйском свалка немецкой техники. В Бобруйск приехали часов в двенадцать. Достали шкаф и удобные ящики.

 

6 июля 1944 года

 С утра ехали на Бобруйское шоссе, где по обе стороны свалена масса немецкой техники. Работали там целый день. Надо сказать, что от такого обилия материала восприятие тускнеет. Хорошо работают живописцы. Вечером ходили в немецкий госпиталь, рисовали пленных. Вечером по возвращении всех устроили просмотр сделанного. Общее впечатление, бесспорно, хорошее. Один день работы дал нашей бригаде 35 рисунков и 10 живописных этюдов. Из всего этого количества вещей 15 хороших. Вечером прихворнул: появилась слабость, ломота и отсутствие аппетита – редкое для меня явление.

9bd1554f94
Жуков Н.Н. Гвардии рядовой — медсестра — пулеметчица Елена Лосева

7 июля 1944 года

В 9 вечера уехали в лагерь к немцам. Тысячи пленных. Работали до вечера. День удачный – сделал 10 рисунков. Сегодня у всех в бригаде была удача. Я работал над группами. Трудно выбрать теневое место, а бумага на солнце слепит глаза. Работать невыносимо трудно из-за тропической жары. На бумагу капает пот.

Пробовали объясняться с немцами и ловили себя на неловких моментах косноязычия и ужимок. Среди немцев был владелец табачного фронтового магазина, который в 3-4 километрах от Бобруйска закопал ящик сигарет и предлагал нам отдать. Соблазн был большой и подстрекательств было много, но мы удержались…

Пленные немцы были из Берлина, Кенигсберга, Данцига, Мюнхена – плотники. торговцы, шоферы, радисты, работники актерской биржи и тому подобное, были те, кто в апреле этого года еще находились в Берлине, и те, кто в ноябре 1941 года стояли под Малым Ярославцем. А сейчас, вылинявшие, изодранные, тусклые, тысячами отправляются вглубь нашей страны. После этой встречи весь вечер нашей бригады прошел в попытках разговаривать на немецком языке.

 

9 июля 1944 года

В 11 часов выехали в Минск. По обе стороны следы от грандиозного разгрома немецкой армии. Ящики со снарядами стоят целыми небоскребами высотой в 30 метров; машины со свернутым набок рылом – так называемые вездеходы – уткнулись в канаву.

Попадаются разбросанные на километры листы книг – целые библиотеки. Огромные разноперые автобусы, артиллерийские склады, ночные туфли, раздавленные аптеки, отчего воздух на всю округу пропитан аптекарской смесью. На перекрестках шоссе завалы трупов лошадей в упряжках, повозках, с зарядными ящиками, о орудиями, и груды – буквально тысячи распухших, разлагающихся от жары, с роем жужжащих мух немецких трупов. На одном перекрестке, видимо, от налета авиации, сбились в кучу артиллерийские лошади – передняя, наехавшая на повозку, поднялась на дыбы, так и была убита в состоянии безумия и невыносимого страха. В 7 часов приехали в Минск. Ребятишки облепили нас и широким жестом дарят немецкие мундштуки в коробке с антиникотином. Минск был взят партизанами, на улицах масса партизан, ведущих пленных немцев. В городе много еще спрятавшихся немцев, надеющихся на помощь Гитлера.

Хозяйка до поздней ночи рассказывала о жизни при немцах. Грабеж тут был большой.

img_239207_49744
Жуков Н.Н. Отвоевались

10 июля 1944 года

Утро прошло без пользы. Ездили. искали штаб партизанского движения – никто ничего не знает. осматривали город. Узкие, спускающиеся от центра города переулочки, кривые. разбитые, заваленные хламом разрухи. Запущенные дворы с вечными помойками, мухи крупные, жужжащие как пчелы, и кругом вонь, вонь, вонь! Партизаны – очень колоритные фигуры. Сразу появляется желание рисовать. Такое нетерпение изобразить я испытывал еще только к летчикам.

Приехали в деревню Самохваловичи. В окрестностях полно немцев. Присутствовал при допросе. Впервые видел расстрел. Тихий теплый вечер, играют котята, золотится рожь, земля напоена ароматом трав, медсестра прихорашивается, поддерживая кудельки на височках, мирно плачет, засыпая, младенец в одной из крайних хат и тут же рядом – расстрел! Смерть! Легли спать поздно – ночью бросали ракеты, стрелял пулемет, короткая оружейная перестрелка, закончившаяся только под утро пятью ударами из танка. Утром нам объяснили, что якобы 400 вооруженных немцев пытались пробраться на станцию.

11 июля 1944 года

Утро началось с еще более нелепого, чем вчера, допроса, кончившегося расстрелом. Вели на расстрел 10 человек. Начали стрелять, промазали. Началась охота – конфуз.

После обеда приехали в Минск. Работа вечером над партизанами. Желания много, но удачи мало.

За ужином ел сладкий горох немецкой посадки.

 

12 июля 1944 года

С утра поехали к партизанам и попали в самую лучшую бригаду Минской области – «Буревестник». Приняли гостеприимно. Колорит изумителен. Весь день работал с упоением. Люди тут  очень милые и приветливые, колоритные, ухарские ребята. Решили пробыть здесь три дня. Обед с партизанами был на траве, возле телег, вместо скатертей немецкие ковры, немецкое трофейное вино.

Единственное разочарование – погода. Моросил дождь, который раз пять за день прекращал нашу работу.

 

13 июля 1944 года

Работали много и с успехом. Видел хирургическую операцию на телеге. Начал скучать о живописи.

 

14 июля 1944 года

Работали с утра и до вечера. Прилежно и с результатами, хотя появились повторения, так как впечатление притупилось. Партизаны задарили нас трофейной мелочишкой: зажигалками, ручками, компасами, сумками, цепочками, расческами, оружием. Я получил в подарок  самопишущую ручку и карандаш с четырьмя цветами и, как маленький, целый день забавлялся.

Умерли двое тяжелораненых. Были похороны по-партизански, с оружейным салютом.

 

15 июля 1944 года

Последний прощальный завтрак. В 12 часов отбыли в Минск – наши трое оставшихся живописцев сделали много этюдов, кое-что удачно. вечером поехали к партизанам. Завтра будет парад партизан Белоруссии. На огромном плаце расположились бригады партизан. около 150 тысяч. Картина для Сурикова: дымятся котлы, пасутся лошади, коровы, бригады расположены кучно, каждая на своем отведенном ей месте, с боевыми знаменами, и каждая бригада – с чем-то обязательно отличительным – или с ученым петухом, или с собственным разнаряженным козлом – на рогах зеленая сетка, с ремнем на брюхе и с трофейным пистолетом.

На речке гранатами глушат рыбу, и тут же, на берегу, жарят, варят уху, заливая все самогоном и трофейным вином. К параду строят трибуны.

 

16 июля 1944 года

С утра пошли на парад. Все удачно. Один рисунок я считаю лучшим из всего, что сделано нашей бригадой за это месяц. Встретились с кинохроникой. Парад прошел великолепно. Козел, о котором я упоминал, шел в колонне, важно держа дистанцию, и шел в такт оркестру – все поражались сказочному козлу, рассказывают про него диковинные вещи.

 

17-19 июля 1944 года

В 12 часов устроили просмотр всех работ за месяц. Прошло все разумно и активно. Сделано довольно много, но мало движения, хотя многое осталось в голове. Вечером в Минском театре состоялась встреча с белорусским художником. Этой встречей мы как бы проверили и свое заключение о работе. По результатам работы оставили диаграммную таблицу.

Позавтракав последними крохами, выехали в штаб 3-го белорусского фронта в город Логойск. Проехали 40 километров. Логойск – маленькое, довольно красивое зеленое местечко с изуродованной, сожженной немцами центральной улицей. Велико было наше разочарование, когда мы узнали, что штаб фронта выехал в направлении на Вильнюс. Таким образом, 60 километров проехали зря – и это при нашей нехватке горючего. Подсластили неудачу покупкой по дороге большого лукошка земляники – ели, как кашу. Сменяли на соль. У нас в машине 10 пудов соли, какую мы достали в  Минске. Всюду на нее большой спрос, и все и все на нее меняют.

Мы даже заполучили самогон в надежде сменить его горючее. Проехали Молодечно – много воспоминаний 41-го года навеял город…

 5 августа 1944 года

Полтора месяца мы совершали свой путь по многим длинным дорогам Белоруссии и Польши, много пережили, а сейчас мы отсчитаем все это огромное расстояние в 3 часа 30 минут. Ощущений много, одно скажу: как велики наши переживания и впечатления, и как малы мы сами в этом океане пространства, и как все-таки велик мир личного…

0_68fe8_fd6e4ffe_xl
Жуков Н.Н. Фронтовая дорога